Сциентизм как гражданская, социоцентрическая религия (по тому же Даниилу Пивоварову, уральский философ), обладает многими признаками религии. Наука формирует коллективную идентичность ученых и сторонников научного мировоззрения, предлагает систему ценностей и верований, а также включает в себя ритуалы и обычаи.
Касательно отношения к инакомыслию, то примечательно, что сциентизм может проявлять как делиберативные, так и тоталитарные черты. Да, наука как бы поощряет критическое мышление и поиск новых знаний, однако в истории были, да и сейчас есть примеры, когда сциентизм используется для подавления инакомыслия (гонения господствующей научной школы на своих оппонентов, игнорирование их в грантовой политике, в редакционной политике научных журналов, крен в сторону авторитетности и попсы при ранжировании по цитируемости и прочим пузомеркам научным).
Религия науки как и другие гражданские религии имперского типа стремится к универсальности и не ограничивается географическими рамками, что делает её имперским явлением. В научном сообществе существует определенная иерархия и авторитет признанных ученых, однако в целом наука как бы стремится к демократичности и открытости, где новые идеи и открытия могут исходить от любого исследователя, независимо от его статуса.
Центральным элементом религии науки является вера в разум и научный метод, способные познать мир и решить проблемы человечества. Знание возводится в ранг высшей ценности, и стремление к знанию и его распространению считается важнейшей задачей.
Научное сообщество обладает своими ритуалами и обычаями, такими как научные конференции, защита диссертаций и публикация статей в научных журналах.
Считается, что этика науки пропагандирует принципы честности, объективности и стремления к истине. Однако, «научная объективность» — далеко от, собственно, объективности, начиная с того, что не учитывает во многом вторую половину существования: субъективность. Какая же тут объективность?
Понятия разума и рациональности, как и многие другие концепты, также являются абстрактными и вполне иррациональными по своей природе. «Материи» как таковой не существует, а существует лишь то, что обозначает это условное, абстрактное понятие. Абстрактными понятиями являются и такие «сверхценности» науки как математическая «точка», «пространство», «время», «энергия». Мы не знаем доподлинно, чем является на самом деле то, что под ними подразумевается. Наука использует эти понятия как догмы, строит догадки, высчитывает законы (лучше сказать закономерности) и концепции, и применяет в жизни концептуальные модели, отобранные фильтром господствующего научного мировоззрения.
Уж не говорю про Общую теорию относительности (ОТО) Эйнштейна, которая не учитывает третью точку отсчета — субъективный фактор наблюдателя, объединяющего эти две системы отсчета в единую картину мира. Да, некоторые ученые рассматривают ОТО как гипотезу, но в научном сообществе обычно тезисы этой теории принимаются всё же за аксиому.
Наука есть культ. Вполне себе гражданская религия. Транснациональная корпорация ризомного характера с распределёнными филиалами и духовными институтами в виде духовных учебных заведений (школы, колледжи, вузы), иерархий священнослужителей (институты, научные центры, лаборатории, академии и научные степени). Научные исследования — те же молитвы и медитации. Ничего нового: «те же яйца, только в профиль».