Бытию каждого понятия присущ свой контекст. Конкретное — дискретно: здесь оно есть, а вот тут, где-то рядышком — уже нема.
Абстрактное — всё же континуумно, объёмно, распределённо, деконцентрированно. Но умеет быть максимально конкретным, по сути, всё конкретное охватывается абстрактным (изнутри и снаружи, насквозь пронизано).
В каждом понятии, по сути, имеются и абстрактная, и конкретная стороны. К примеру, понятие «времени»: оно абстрактно как «прошлое» и «будущее», но конкретно как «настоящее». А понятие «пространства» абстрактно как «точка» (не имеющая никакого объема) и весьма конкретно в формате какого-либо «объема» и «формы» (даже весьма абстрактной «формы», поскольку даже в таких понятиях как «пространство сознания», к примеру, достаточно конкретно очерчиваются контуры и конфигурации этого «пространства»). Причем, и в понятии «пространства» также присутствует троица: точка (нуль), объем-полнота (плюс), вакуум-пустота (минус).
И если говорить о таком понятии как «Бог», то оно тоже имеет, как минимум, две основных ипостаси: конкретную (основатель традиции) в каждой религиозной традиции и абстрактную как наиболее общее религиозное понятие (собственно — Бог, Брахман, Аллах, Иегова, Дао, Тенгри, Ахура-Мазда и т.д.). Третья же ипостась есть само религиозное движение, община, умма — тело традиции.
Понятийное мышление само по себе тоже абстрактно (означая нахождение в общем слое абстрактного мышления) и одновременно конкретно (когда мыслит какое-либо конкретное абстрактное понятие).
Говорить о том, что существованием управляет несуществование невидимая рука рынка — это вуалирование признания абсолютной непознаваемости существования и постулирование детерминизма всего и вся. Но исходя даже из простого собственного опыта человеческого бытия мы знаем достаточно твердо, что кое-чем мы всё же управляем, причем, вполне осознанно, как бы нам не морочили голову отдельные философские установки. Следовательно, познавая самого себя и свою жизнь и жизнь мира (существования), человек так или иначе приходит к мысли о том, что существование точно так же познает самого себя и управляет собой как и человек.
Человек — собственно и есть это существование в отдельно взятом экземпляре на определенном уровне развития.
Уровней существования теоретически может быть бесконечное множество. Каждый последующий уровень (следовательно и соответствующие воплощения этого уровня) существования включает также способность управления самим собой.
И что самое важное: чем сильнее и полнее осознание абстрактных корней всякого существования, тем более возрастают возможности управления своим собственным уровнем существования. Сначала на философско-мировоззренческом уровне, затем на психологическом, затем на каузальном (причинно-следственном) уровне, затем на ментальном (обычное мышление, шаблонное) уровне, затем на эмоциональном и наконец — на психосоматическом и физическом (собственно, наиболее конкретном) уровнях.
Осознать просто на философском уровне (к примеру, Бога — в каждом абстрактном понятии) — недостаточно. Это будет неполным познанием. Необходимо осуществить тотальный апгрейд познания агента существования по всем уровням существования. Это с одной стороны.
С другой стороны, сохраняется возможность такого познания Бога, что «проход» к Богу как сути «всего и вся» может состояться и через максимальное сосредоточение на каком-либо уровне (включая философский), и тогда состоявшаяся метанойя неожиданно оказывается тотальной перезагрузкой всех уровней сознания с их форс-мажорным апгрейдом с приемлемой для конкретного существа степенью обновления.
Собственно, мировоззренческий уровень (его можно ещё называть нирваническим или атманическим) — и есть уровень той самой «искры божьей», которая управляет существованием и абстрактно (прямо), и конкретно (опосредованно). Именно этот уровень имеет прямой доступ к каждому другому уровню существования-сознания.